Результаты парламентских выборов вызвали вполне предсказуемую реакцию в экспертной среде. Лояльные Кремлю политологи и журналисты в целом порадовались за успехи 'Единой России' и отметили, что, несмотря на отдельные случаи применения административного ресурса, итоговая картина адекватно отразила общественные симпатии. Оппозиционные СМИ делали упор именно на административное давление и его определяющую роль в успехе партии власти. Пожалуй, единственным сюрпризом для всех стало прохождение в Думу 'Справедливой России', в успех которой осенью 2007 года уже мало кто верил. 'Эксперт' 10 декабря писал, что в ночь подсчета голосов по-настоящему удивлены были только штабные 'эсэры' ('Вторая сила'): 'Справедливая Россия' собрала голоса лояльных, но раздраженных предвыборным засильем 'Единой России' граждан, однако у 'эсэров' сработал совсем другой механизм восприятия произошедшего. Они были так уверены, что президент их покинул и бросил, что теперь, когда все-таки набрали 7 процентов, это воспринималось исключительно как чудо: отец в последний момент подумал о меньшем брате и одарил его милостью своей'. А еженедельник 'Русский Newsweek' ('Путин чудес', специальный выпуск за декабрь-январь), подводя итоги года, отмечал стремительность взлета и стремительность падения партии:
'В июне мы написали, что вместо еще одной партии власти и 'второй ноги' 'Справедливая Россия' станет рядовым маргинальным участником выборов. Но мы не ожидали, что партия Сергея Миронова еле проскочит барьер, уступив даже ЛДПР'.

'Все четыре прошедшие в парламент партии объединяет одно - их ярко выраженная антизападная позиция', - отметил Андрей Остальский ('Русская служба Би-би-си', 3 декабря). И сделал вывод, что 'вековой спор славянофилов и западников в России наконец завершился - полным разгромом последних'. Если в прежнем составе Государственной Думы были ярко выраженные западники - например, Владимир Рыжков, - то теперь, с отменой выборов по одномандатным округам, 'у Запада не будет в российском законодательном органе ни одного друга'.

Телеведущий Николай Сванидзе, характеризуя избирательную кампанию, сказал ('Итоги', 9 декабря): 'Каждому человеку, который живет на земле необъятной Родины, очевидно, что нарушений на выборах была уймища и с административным ресурсом передавили по полной программе'. Но в то же время, 'положа руку на сердце, нельзя не признать: даже пройди выборы идеально, результат они показали бы аналогичный. Цифры - да, скорректировались бы, но фактическое соотношение сил осталось бы прежним. Таков на сегодняшний день выбор массового российского избирателя'.

Директор Левада-центра Лев Гудков в интервью 'Новым известиям' тревожился за состояние общества. По его мнению, если
70 процентов населения поддерживает одну партию, то 'это говорит о ненормальности ситуации'. Все это свидетельствует о том, что Россия возвращается в 'эпоху показного единомыслия'.

Политолог Александр Дугин сказал в интервью сайту КМ.ru (2 января), что Владимир Путин 'закрыл эпоху смутного времени в России'. 'В этом смысле парламентские выборы-2007 оказались очень важными. Они на уровне электората и выборного процесса (который был, по сути дела, референдумом) как бы иллюстрируют путинские достижения, - отметил эксперт. - Как только Путин возглавил 'Единую Россию', эта партия, которая не представляет собой ничего (она не имеет ни смысла, ни содержания, ни плана, ни ярких личностей), получила колоссальную поддержку. Просто потому, что президент сказал: 'Это моя партия - голосуя за нее, вы поддерживаете меня'. И тут же 'Единая Россия' получает почти баснословный процент на парламентских выборах. Да, конечно, административный ресурс сыграл свою роль. Однако мы помним, что было в свое время с партией 'Наш дом - Россия'. Тогда админресурс был не меньше, если не больше'.

Не менее оптимистичен был политический обозреватель РИА Новости Андрей Вавра. В статье 'Внутренняя политика для 2008: основы двоевластия' (РИА Новости,
25 декабря) ничего не говорилось про двоевластие - зато много было сказано про 'утверждение новых принципов формирования и передачи власти при соблюдении цивилизованных правил, юридических норм и буквы Конституции'. Партия власти на выборах, по его мнению, победила 'не натужно, а с огромным запасом': 'Много разговоров было о нарушениях, но их природа не в боязни проигрыша. Их природа в боязни победить всего лишь по очкам. Нокаут все равно бы состоялся, но задача была размазать конкурентов, растереть в порошок'.

'Годом национального успеха' назвал 2007-й Егор Холмогоров ('Демо-версия национального успеха', сайт 'Русский проект',
30 декабря): 'Внутри страны были, похоже, забиты последние гвозди в крышку гроба либеральной политики 1990-х, вместе с ее патриархом Борисом Ельциным она, похоже, окончательно сошла со сцены и была ритуально заклана на парламентских выборах в декабре'. Кроме того, 'произошел и закат 'оранжизма' - главного призрака российской политики последних двух лет. 'Оранжевые', 'несогласные' и прочие виды радикальной оппозиции, сделавшие ставку на тупое повторение 'Путин, уходи', разбились о жестокую реальность - массам они неинтересны'.

В противоположность цитированным выше экспертам политолог Михаил Ремизов говорил о чувстве разочарованности ('Дар', АПН.ru,
30 декабря). Декабрь не оправдал надежд эксперта: 'Почти все мы ждали от выборного цикла 2007-2008 чего-то большего. Кто-то - пересдачи карт при обновлении властной обоймы, кто-то - умеренной двухпартийности, кто-то - превращения Путина в государя, кто-то - просто каких-нибудь небольших, но приятных сюрпризов в духе 'Родины'-2003'.

Примечательным стало выступление председателя правления РАО 'ЕЭС России' Анатолия Чубайса на съезде 'Союза правых сил'
17 декабря (sps.ru). На выборах партия, неформальным лидером которой он является, набрала меньше процента голосов (0,96). Будучи политическим реалистом, Чубайс отметил в пику предыдущим ораторам: 'У меня все-таки сложилось впечатление, что мы не победили
(в смысле 'моральной победы'. - Д.Б.), а проиграли. Причем проиграли мы во второй раз'. Причину он увидел в том, что СПС пытался играть по-честному, 'но никакое 'доброе дело' у нас безнаказанным остаться не может'. Следующие его слова стали самым жестким ответом на ноябрьское выступление Путина в Лужниках. По крайней мере в устах руководителя крупнейшей госкорпорации они звучали сенсационно: 'Наша партия 'Союз правых сил' была названа рвущейся к власти партией олигархического реванша, а все 90-е годы, вместе взятые, были названы символом развала страны и ее экономики. Услышав, как это говорилось с высокой трибуны, знаете, я поймал себя на мысли: хорошо, что этого не слышат Борис Николаевич Ельцин, Анатолий Александрович Собчак, Михаил Маневич и многие другие. Все те, кто без всякого преувеличения отдал свою жизнь за то, чтобы вытащить страну из смертельно опасной схватки с врагом, за то, чтобы не сорваться в гражданскую войну, за то, чтобы заложить основы растущего экономического и государственного могущества нашей страны, и, в конце концов, за то, чтобы отдать эту страну в руки действующей власти и сделать эту действующую власть действующей. Да, они не слышат то, что говорит действующая власть о них... Хотя кто знает?'
Через несколько дней Владимир Путин 'вернул комплимент' Чубайсу. В интервью журналу The Time 19 декабря (kremlin.ru) он так ответил на вопрос о 'семенах дестабилизирующей оппозиции в стране': 'Вы посмотрите результаты выборов - 0,9 процента: они и одного процента не набрали. Как это может беспокоить? В политическом плане нет никаких беспокойств. Дело ведь совершенно не в этом! Дело в том, что я смотрю на это как на инструмент иностранных государств для вмешательства во внутриполитические дела России. Вот дело в чем'. Высказывание президента относилось напрямую к СПС, поскольку из всех праволиберальных оппозиционных партий только он набрал 0,9 процента.

В декабре разрешилась интрига вокруг преемника Владимира Путина, отслеживаемая нашей рубрикой на протяжении почти полутора лет. 10 декабря на встрече в Кремле лидеры четырех партий - 'Единой России', 'Справедливой России', 'Гражданской силы' и Аграрной партии России - предложили Владимиру Путину первого вице-премьера Дмитрия Медведева в качестве общего кандидата на президентских выборах 2008 года. Нынешний глава государства принял предложение. 'Выдвижение Медведева, как давно принято в российской политике, было срежиссировано как драматическое шоу, - писал в эти дни журналист Олег Кашин ('Найти преемника и обезвредить', 'Независимая газета', 18 декабря), - только в отличие от перформансов предвыборного периода его можно назвать малобюджетным - никаких декораций, плазменных экранов, строгий интерьер президентского кабинета и массовка всего из четырех человек'.

Впрочем, участники выдвижения настаивали на официальной версии развития событий. В интервью 'Новой газете' (13 декабря) лидер 'эсэров' Сергей Миронов утверждал, что кандидатура Медведева появилась во время консультаций с лидером 'Единой России' Борисом Грызловым: 'Мы с ним вдвоем по нашей общей инициативе в субботу (8 декабря. - Д.Б.) после Совбеза поехали и поговорили. Ни я к нему не присоединялся, ни он ко мне. Мы вдвоем совпали <...> что, наверное, неплохо с учетом результатов состоявшихся парламентских выборов, чтобы мы вышли с инициативой лидеров сразу нескольких партий на Владимира Владимировича'. Характеризуя преемника, Миронов отметил: 'Дмитрий Анатольевич во всей новейшей истории России, практически с 1990 года, работает плечом к плечу с Владимиром Владимировичем. Все время рядом с Путиным был Медведев'.

О хороших взаимоотношениях президента и его преемника рассказывала статья в журнале 'Эксперт' ('Президент и его преемник', 17 декабря). 'Дмитрий Медведев - питерский юрист. Определение это не исчерпывается тем, что он родился в Ленинграде в профессорской семье и окончил юрфак ЛГУ. Тут важен и особый менталитет, и особые отношения с Путиным. С 1990 года он вместе с Дмитрием Козаком входил в группу молодых советников Анатолия Собчака, которой руководил Владимир Путин. С 1991-го - эксперт комитета по внешним связям мэрии Санкт-Петербурга, который тоже возглавлял Путин. Фактически вся административная работа Медведева проходила под непосредственным началом нынешнего президента: с осени 1999 года это пост заместителя руководителя аппарата правительства, а с января 2000-го - заместителя руководителя, а затем и руководителя администрации президента РФ'.

О факторах, повлиявших на выбор президента, спорили на страницах еженедельника The New Times директор Института политических исследований Сергей Марков и руководитель аналитической группы 'МЕРКАТОР' Дмитрий Орешкин (18 декабря). 'Медведев - это человек из команды Владимира Путина, из города Владимира Путина, из альма-матер Владимира Путина <...> - перечислял Сергей Марков. - И это человек, который разделяет его идеологию, смысл которой я описал бы так: Россия должна стать Европой, сохранив русскую душу; создать институты западного европейского типа, сохранив при этом свою идентичность'. 'У президента сейчас такая технология, - парировал Дмитрий Орешкин, - он на уровне деловых решений опирается на силовой блок, а на уровне символических - компенсирует это мягкой фразой и выбором претендента, который имеет имидж либерального человека'.

В эфире 'Русской службы новостей' (10 декабря) политолог Николай Гастелло сказал о Дмитрии Медведеве: 'Но вот видно, что он такой аккуратист. Мне рассказывали ребята, которые с ним работают, что он каждую запятую видит'.

Отдел политики газеты 'Коммерсантъ' 11 декабря предположил, ссылаясь на 'источник, близкий к Кремлю', что 'пост премьера после президентских выборов, вероятнее всего, получит первый вице-премьер Сергей Иванов, причем позиционно это будет формат вице-президента' ('Кадровый запас Дмитрия Медведева'). Однако в тот же день Медведев публично предложил пост премьера в случае своей победы на выборах Владимиру Путину.

Многие аналитики расценили предложение Медведева как 'хорошо подготовленный экспромт'. Газета 'Газета' усмотрела в этом 'шаги пусть не к парламентской, но точно премьерской республике': 'Представить себе Путина на вторых ролях трудно. Не для того из него делают 'национального лидера' ('Путин - преемник Путина', 11 декабря). Этот маневр, по мнению журналистов издания, окончательно прояснил смысл операции 'Преемник': 'Главное - сохранение власти в руках Путина'.

Политолог Леонид Радзиховский в 'Ежедневном журнале' тоже говорил о появлении парламентской республики с 'всемогущим премьером Путиным': 'Преемственность обеспечена самая надежная. Медведев не станет 'Путиным сегодня'. Путиным остается - Путин' ('Два царя в голове', 11 декабря).

Журнал 'Коммерсантъ ВЛАСТЬ' отмечал ликование в среде российских экспертов ('Превращение гладкого путенка', 17 декабря): 'Самые продвинутые не преминули отметить, что предложенная Медведевым конструкция фактически превращает Россию в парламентскую республику, где даже без перераспределения полномочий между президентом и премьером последний как фактический лидер правящей партии и в силу большего политического авторитета станет реальным хозяином страны - по образу и подобию канцлера любимой Путиным Германии'.

События развивались стремительно. На съезде 'Единой России' 17 декабря в Гостином Дворе (формально это была 'вторая часть' предыдущего, октябрьского, съезда партии власти) действующий президент и преемник появились вместе. Вместе, плечом к плечу, они прошли сквозь тесные ряды высокопоставленных 'единороссов' и вместе заняли места в президиуме. Приводя в ужас политических аналитиков, Владимир Путин подтвердил готовность занять пост премьер-министра, если главой государства станет Медведев. 'Без перераспределения властных полномочий от президента к премьеру', - поспешил он добавить (edinros.ru). Видно было, что он очень хотел произнести эти слова - во избежание новой волны разговоров об усилении премьерских позиций.

Политолог Алексей Зудин на страницах 'Московских новостей' ('Тандем или треугольник?', 21 декабря) назвал причины, побудившие президента принять такое решение: 'Это необходимость энергетической связки с кремлевским кандидатом на президентских выборах (по последним данным, рейтинг Медведева пока не дотягивает до победы в первом туре), а также дисциплинирования элиты до и на президентских выборах и до момента передачи власти'. (Алексею Зудину в каком-то смысле повезло: он опубликовался в последнем номере 'Московских новостей': в середине декабря владельцы газеты приняли решение о приостановке ее выпуска. Незадолго до этого 33 политолога опубликовали в 'Российской газете' письмо в поддержку главного редактора 'МН' Виталия Третьякова ('Очевидное vs. нелепое', 7 декабря), высказывая свое недоумение и возмущение заявлениями отдельных представителей менеджмента холдинга, в который входили 'МН', попытавшихся представить еженедельник неудавшимся бизнес-проектом именно по вине его главного редактора.)
Эксперты и прежде не исключали подобный вариант развития событий, но, кажется, всерьез его никто не рассматривал. Между тем Путин внес еще больше неясности. В разговоре с журналистами The Time (19 декабря) - журнала, признавшего его 'человеком года', - президент сказал: 'Я для себя еще не принял решение, буду я претендовать на должность председателя правительства или нет'.

В свете этих событий слова президента Фонда эффективной политики Глеба Павловского о том, что Путину присуща 'стратегия неопределенности', прозвучали уместно: 'Стратегию неопределенности можно рассматривать еще и как стратегию расширения поля, стратегию поиска новых потенциалов. Вы можете врезаться в мировые сети и доставить любой смысл, если только у вас сильный сюжет. Ваш смысл может быть доставлен в рамках вашего сюжета. Вопрос именно в победительности вашего сюжета, в его доминантном потенциале. Путинский оказался доминантным' (сайты 'Русская жизнь' и 'Кремль.org', 3 января).

Главный редактор журнала 'Политический класс' Виталий Третьяков в своем виртуальном 'Политдневнике' опубликовал 'Краткий курс путинизма' в двух частях
(v-tretyakov.livejournal.com, politklass.ru, nigru.ru, 29-30 декабря). Охарактеризовав вкратце 'политические движения', себя исчерпавшие, - 'ельцинизм', 'зюганизм', 'жириновщину', 'явлинизм' и другие, - журналист сосредоточился на описании 'путинизма'. 'Суть путинизма - все, что выгодно для России, хорошо для его внешней и внутренней политики. <...> Решая одни (неотложные) задачи, Путин постепенно копит ресурсы для решения других - более масштабных. В целом - чисто военная тактика и оперативные разработки. Стратегические задачи начинают решаться сами собой, когда восстановлена система управления, успешно решены тактические и оперативные задачи и накоплены ресурсы для стратегического наступления'.

На смену спасительному 'третьему сроку' пришли 'медвежьи тропы', констатировал писатель Александр Проханов ('Медвежьи тропы русской политики', 'Завтра', 11 декабря). 'Земля вокруг Кремля шевелится, будто под ней бегают взад-вперед невидимые кроты, - это перестраивается чиновничество, перебегает из лагеря в лагерь. Слышен тонкий свист, какой бывает, когда прокалывают оболочку аэростата и воздух начинает покидать хорошо накачанный шар - это сдувается образ 'духовного лидера нации'.

В словах публициста слышалось неудовольствие в адрес Путина, которое вскоре сменилось критикой ('Господин Медведев, есть вопросы', 'Завтра', 2 января): 'Медведеву придется объяснять, почему при Путине так и не было запущено долгожданное развитие. Не появились в небе сверхсовременные русские самолеты, не встали на боевое дежурство новые подводные лодки и дивизии 'Тополь-М', не поступили в армию новые вертолеты и танки, системы ближнего и дальнего боя. Он должен дать ответ, почему по-прежнему деградируют наука и образование, множатся те, кто не умеет писать и читать, не знают, кто такой Пушкин и маршал Жуков. Русское экономическое чудо, 'русский рывок', обещанные Путиным, все откладываются'.

Газета 'РБК-Daily' также писала о серьезных проблемах, с которыми столкнется будущий президент ('Год Медведева', 29 декабря): 'Заняться реальной модернизацией экономики Медведева заставят прогнозируемый экспертами январский скачок инфляции в 2-3% и накапливающиеся проблемы с реализацией национальных проектов'. 'Заявить о себе как о полноценном преемнике Путина, оставившего пост на пике популярности, Медведев сможет только в одном случае: если даст послабления бизнесу', - подытоживало деловое издание, ориентированное на предпринимательские слои.

В тоне многих экспертов, в том числе оппозиционных, слышалось согласие с выбором Путина. По крайней мере, отмечали они, 'это не самое худшее, что могло бы быть'. 'Многие при этом вздохнули с облегчением, - говорила журналистка Юлия Латынина в эфире 'Эха Москвы' (15 декабря), - потому что если говорить о возможных вариантах того, что должно было случиться с Россией, то кроме Медведева было еще реальных два варианта. Один - открытое нарушение Конституции, другой - Сергей Борисович Иванов, который <...> в качестве президента как-то не возбуждает энтузиазма'. То же самое она говорила и в интервью 'Комсомольской правде' 26 декабря: 'В сложившихся обстоятельствах это действительно оптимальный вариант'.

Реакция Запада на прояснение вопроса с преемником, по словам главного редактора журнала 'Россия в глобальной политике' Федора Лукьянова, тоже описывалась словосочетанием 'вздох облегчения': 'Объявление же преемником Дмитрия Медведева <...> вызвало всеобщий вздох облегчения и весьма лестные отзывы о кандидате, которого, впрочем, почти никто из международных контрагентов России лично не знает' ('Огонек',
17 декабря).

Политолог Александр Елисеев в статье 'Продолжение либерализма' удивлялся излишне эмоциональной реакции 'патриотов-державников' на выбор Путина (25 декабря, Правая.ru). 'Совершенно непонятно, почему Медведева считают большим либералом, чем Путин. Весьма возможно, что он просто выглядит таковым на фоне сверхпопулярного президента - бывшего спецслужбиста с его знаменитым 'мочить в сортире', - отмечал эксперт. Кроме того, по его мнению, 'силовые структуры совершенно зря считают какими-то принципиально антилиберальными и тем более антидемократическими институтами, склонными к традиционализму. Западная демократия вполне спокойно развивалась вместе с политической полицией и разведкой. А в СССР сторонниками реформ довольно часто выступали именно представители 'кровавой гебни'. Вспомним хотя бы Лаврентия Берию, бывшего убежденным сторонником капитализации Советского Союза, или же Юрия Андропова - реформатора западнического склада'. Рано или поздно, сказал политолог, либерализм в России потерпит поражение, поэтому бессмысленно нагнетать момент этого краха: 'Сегодня нужно копить силы - интеллектуальные и материальные'.

20 декабря Дмитрий Медведев заявил о том, что намерен отказаться от должности председателя совета директоров ОАО 'Газпром': после выборов он покинет этот пост, поскольку закон запрещает президенту занимать другие должности. Газета 'Ведомости' предположила, что освободившееся место сможет занять Владимир Путин ('Без начальника', 21 декабря). Впрочем, 'высокопоставленный источник' издания выразил сомнения в том, что Путину нужна новая должность. 'Ведь Медведев глубоко погружен в управление компанией: на заседаниях совета вникает во все вопросы, часто требует дополнительной информации и иногда сам отвечает на вопросы других директоров, - делится впечатлениями менеджер 'Газпрома'. <...> Медведев лично участвовал в переговорах с BASF по Южно-Русскому месторождению, много времени уделял и переговорам с ТНК-BP по Ковыкте'.

По-разному экспертам виделась возможность сосуществования в системе власти двух влиятельных политиков, один из которых был бы президентом, а другой - премьером в неофициальном статусе национального лидера. Так, заместитель директора Центра изучения современной политики Сергей Рыженков предположил, что это вполне возможно: 'Ключ к головоломке прост: то, что не может сделать один человек, могут сделать двое. Сменяя друг друга на посту президента, они способны править до скончания века, не трогая Конституцию. Таким образом страна остается в кругу цивилизованных и возникает российская модель 'демократического' правления как для внешнего, так и для внутреннего употребления' ('Ходы в игре', 'НГ-сценарии', 25 декабря).

Иначе считал директор Института проблем глобализации Михаил Делягин. В комментарии газете 'Аргументы и факты' (11 декабря) он отметил: 'Если у Медведева все получится, он справится со всеми трудностями, то власть Путину он, скорее всего, не отдаст'.

Политолог Сергей Шелин попытался выйти за рамки определения персонального состава будущей системы власти и посмотреть, какой курс она может выбрать - исходя из реалий времени ('Что может быть после марта-2008', GlobalRus.ru,
14 декабря). 'Прочна ли система политически? - задался он вопросом. - Формально - да, по существу - нет. Дело не в том, что нет демократии западного типа. Она у нас сейчас неосуществима. Но нет ведь и управляемой демократии. Во всех своих жизнеспособных воплощениях - мексиканском, японском, итальянском - управляемая демократия держится на партии власти, которая - не только профсоюз влиятельных лиц, но и ядро политического класса, в достаточной мере уважаемого народом и способного сладить с ним в кризисные моменты. А есть ли у нас вообще федеральный политический класс? Такой, куда попадают в результате политической карьеры, то есть карьеры, которая опирается на общественную деятельность и общественное доверие?'
Под занавес календарного и политического года эксперты подводили итоги 2007-го и делали предположения о контурах будущей системы власти. Президент фонда 'Политика' Вячеслав Никонов в статье 'Будущая власть' ('Известия', 26 декабря) отметил: 'Наша Конституция не предполагает 'технического президентства', глава государства обладает самыми обширными полномочиями. Одно это говорит в пользу того, что Медведев будет сильным президентом. Кроме того, он сам по себе - волевой политик и очень опытный администратор'. Но в то же время, по мнению эксперта, 'премьер Путин образца 2008 года будет посильнее премьера Путина образца 1999-го'.

Лидер движения 'Наш выбор' Ирина Хакамада в комментарии сайту Грани.ru обрисовала два возможных сценария развития событий (29 декабря): 'Первый сценарий заключается в том, что президентом становится Медведев, а Путин возглавляет правительство (как он и обещал) и начинает обменивать свой высокий рейтинг на непопулярные, но необходимые реформы, меж тем как Медведев формирует собственный рейтинг доверия. Второй сценарий заключается в том, что Путин при президенте Медведеве продолжает формировать и усиливать свой рейтинг для того, чтобы, используя или досрочные выборы, или выборы 2012 года, вернуться в президентское кресло. Тогда это другая экономическая политика: отсутствие серьезных реформ, усиление и перераспределение стратегических ресурсов в пользу государственных холдингов и подготовка базы для возвращения Путина на место главы государства'.

Сценарий, представленный Владимиром Лещенко на сайте ИА 'Росбалт', окрашен в алармистские тона: 'Оранжевый призрак витает над Россией' (18 декабря). 'Сейчас многие сочли, что угроза миновала окончательно, и наперебой делают заявления, что 2008 год будет годом стабильной передачи власти и утверждения преемственности курса, - писал эксперт. - И это - едва ли не самое опасное. Возможность 'березовой революции' в России исключать нельзя'.

Иначе думал политолог Константин Черемных ('Медведелогия' из левого мизинца', аналитический интернет-журнал РП-Монитор, 14 декабря). 'Расчеты на 'белградскую весну' в Москве явно придется отложить по меньшей мере до 2012 года. Российская власть не распалась, а у всех на виду укрепилась; наступление этой власти на международных фронтах только развернулось пуще прежнего: вслед за провозглашением имени преемника президента Россия приостановила исполнение условий
ДОВСЕ, а на следующий день убедительно попросила Британский совет свернуть свою деятельность в нашем отечестве. При этом западный деловой мир не продемонстрировал ни малейшего беспокойства: акции российских компаний только поднялись в цене'.

Журнал 'Русский репортер' в статье 'Какой будет Россия в 2010 году?' (13 декабря) представил читателям два сценария: 'Россия-крепость' и 'Россия-дом'. В результате осуществления первого сценария Россия оказывается в ситуации международной изоляции и экономического спада. В финале второго сценария экономика страны на подъеме - и Запад, невзирая на желание 'обвинить Россию в агрессии и изолировать ее', вынужден с нею считаться.

Несмотря на то что преемник был явлен народу и политическому классу, в журналистских и политологических кругах продолжали ходить слухи о возможных исправлениях Конституции. На сей раз имелись в виду не ситуационные поправки, а стратегические. Глава департамента региональных исследований Центра политических технологий Ростислав Туровский в комментарии сайту Утро.ru (25 декабря) сказал, что в ближайшие годы внесение поправок в Основной закон неизбежно. 'Скорее всего, они коснутся изменения президентского срока, его продолжительности и нормы отсчета. Возможно, на аналогичный президентскому срок будет увеличено и время работы Госдумы. Перераспределять полномочия между главой государства и правительством не станут, чтобы со временем вернуть Владимира Путина на президентский пост'.

На окраине политической дискуссии шло неспешное обсуждение примечательного феномена - распространения в России так называемых электронных 'социальных сетей'. Самые популярные из них - Одноклассники.ru (семь миллионов пользователей), Вконтакте.ru (пять миллионов) и Мойкруг.ru (более миллиона). Всего в различных сетях зарегистрированы 13 миллионов человек. Многие эксперты убеждены, что помимо коммерческой выгоды из таких сайтов можно извлекать данные о политических пристрастиях публики. Тем более что пользователи Интернета в России представляют молодую, динамичную категорию населения, которая либо уже вошла в пору активной профессиональной деятельности, либо скоро войдет. Создатель сайта Одноклассники.ru Альберт Попков в интервью 'Комсомольской правде' (21 декабря), отвечая на вопрос о 'контактах с ФСБ', сказал: 'Мы отказались сотрудничать. И чем мы поможем? Русский человек и без ФСБ Интернету о себе рассказывает'. Но предупредил, чтобы посетители подобных сайтов выкладывали в открытом доступе поменьше личной информации.

Пока виртуальные площадки для неформального общения продолжали завоевывать аудиторию (в среднем 50 тысяч пользователей регистрируются на них ежедневно), эта тема все настойчивее звучала и в медиасреде. Журнал TimeOut-Москва (26 ноября) подверг сомнению полезные свойства подобных ресурсов. Статья, опубликованная в журнале, называлась 'Одноклассники врут'. Конечно, друзей детства на таких сайтах действительно можно найти - но самого детства, его загадочного, неповторимого духа с помощью электронных друзей не вернуть.

О степени распространения 'социальных сетей' свидетельствовал курьезный случай: когда Никиту Михалкова в Венеции спросили, какое поздравление с триумфом его фильма '12' для него стало неожиданным, он пошутил: 'Путин занес меня в 'друзья' на 'Одноклассниках'. В комментарии журналу 'Профиль' Зураб Кекелидзе, заместитель директора Научного центра социальной и судебной психиатрии имени В.П. Сербского, заметил, что мода на такого рода сайты есть свидетельство стабилизации общества: 'В последнее десятилетие ХХ века прежняя социальная структура была разрушена, и мало кто представляет, как далеко разбросала жизнь вчерашних однокашников. Многие по нескольку раз сменили и род занятий, и место жительства, и социальный статус, и даже страну. Для переходных периодов вообще характерны высокая социальная мобильность и атомизация общества. Но кризисные времена люди переживают поодиночке, а выкарабкиваясь из них, хотят создать вокруг себя благоприятную среду, в которой хорошо было бы не только им ('Бизнес на доверии', 17 декабря).

Декабрь, как и предполагалось, стал месяцем политических откровений.

За чередой важнейших решений и свершений этого месяца проглядывают контуры будущей архитектуры власти в стране. В тумане политической неопределенности последних лет отчетливее проступили лица, которым суждено играть главные роли после мартовских выборов. Но туман до конца не рассеялся: видимо, не в интересах власти раскрывать карты до того, как будет сыграна главная партия.