Президент Дмитрий Медведев пригласил всех принять участие в поиске выхода из интеллектуального тупика, в котором оказался наш политический класс: что делать, дабы найти наконец решение до сих пор не решенной задачи "модернизации России"?
Большинство говорящих о модернизации априори понимают ее как вестернизацию, то есть подведение России под общий знаменатель некоего идеального западноевропейского государства, что само по себе антинаучно и контрпродуктивно.

Антинаучно - ибо нет в Европе страны, сравнимой с Россией по сколь-либо значимому числу параметров. Контрпродуктивно - ибо достичь недостижимого нельзя в принципе, но вред от погони за ложными целями очевиден и многообразен. Бессмысленная трата финансов (и производное от этой бессмысленности воровство) - еще не самая существенная часть этого вреда.

Поэтому рискну, хоть и без особой надежды на полное, а тем более общее (и уж очевидно не от власти) понимание, предложить собственный взгляд на то, как и нужно, и можно (ибо иное не удастся) "модернизировать Россию". Из-за обширности темы предложения мои будут сформулированы в тезисно-афористическом виде.

Прежде всего нужно понять, что модернизировать нужно не Россию, а политику власти, ибо Россия есть константа нашей истории и политики, изменить которую невозможно и не нужно.

Россия есть самостоятельная и самодостаточная часть евроатлантической (христианской) цивилизации.

Россия есть альтернативный Запад - и в этом смысле она представляет наибольшую ценность как для мировой цивилизации вообще, так и для самого Запада в частности.

Никто и никогда не сделает из России страну адвокатов (по американскому образцу) или страну с западноевропейским (образца 70-80-х годов ХХ века) типом и уровнем потребления и общественного конформизма.

Нужно решительно отказаться от идеологии и политической, и экономической практики догоняющего (Запад) развития для России.

Россия развивается в истории эволюционными скачками, иногда совпадающими с социальными и политическими революциями.

Сегодня Россия нуждается в таком эволюционном скачке, который не нужно путать с политической революцией как государственным переворотом и с социальной революцией как общественным бунтом и анархией.

Однако без такого эволюционного скачка (революции в высшем смысле) дело может дойти и до революции политической, бунта или распада страны.

К настоящему моменту Россия исчерпала весь набор заимствования западных моделей развития, ни одна из которых так и не позволила России "догнать Запад", но зато всякий раз и максимально истощала ресурсы страны.

Следовательно, Россия нуждается вообще и в интересах своей "модернизации" конкретно в новой идеологии собственного развития и всего мира.

Цивилизационное своеобразие России выражается, в частности, в том, что у нас существует своя собственная русская политическая система и своя собственная организация власти - русская власть.

Ни то ни другое не описывается заимствованными у Запада политическими доктринами, а потому и не отражено в ныне действующей Конституции, представляющей собой "политическую инструкцию" по управлению какой угодно иной страной, но только не Россией. Вот почему отечественная конституционная теория все больше и больше расходится с реальной политической практикой. России нужна новая Конституция.

Одной из особенностей русской политической системы является то, что государство - несмотря на все свои прегрешения перед обществом - представляет для граждан России самостоятельную, а временами даже и самодовлеющую ценность.

Другой такой ценностью (вообще-то их список шире) является стремящаяся к абсолюту суверенность, то есть внешнеполитическая независимость и внутриполитическая самодержавность (не путать с банальным монархизмом).

Что нужно радикально модернизировать в России - так это ее правящий класс, каковым до сих пор была и остается бюрократия - единственный властно-владетельный слой населения. Предполагаю, что России вообще нужен новый правящий класс.

Нынешняя многопартийная система является квазимногопартийной, а сами партии - квазипартиями. И превратить и то, и другое в нечто оптимальное по западному образцу никогда не удастся.

Русская политическая система сначала должна быть честно описана (что нетрудно, ибо именно с ее помощью и происходит реальное управление страной), а затем честно прописана в новой Конституции. Институты этой системы должны быть легализованы в этом документе и созданы как политическая реальность.

Русская политическая система не отрицает демократию как таковую, но, конечно, не абсолютизирует, а следовательно - и не профанирует ее. Разве что в ее идеально-западническом, нигде не существующем варианте.

Скорее всего русская политическая система сословна. И таким же должна быть как минимум одна палата нашего парламента. Конечно, это современная, а не средневековая сословность.

Русская православная церковь остается одним из важнейших государствообразующих институтов России как страны и нации. Осознать это особенно важно, ибо современный западный секуляризм (точнее - неоязычество) сам по себе стремительно подтачивает фундамент евроатлантической цивилизации.

Только Русская православная церковь (и еще классическое русское искусство) является сегодня хранителем моральных кодов России как цивилизации.

"В основу экономической политики государства должна быть положена демографическая политика"

В дополнение к нынешнему "тактическому" правительству в России должно быть создано правительство стратегическое.

Судя по всему, существует и русская экономическая модель, вполне позволяющая - если не подменять ее постоянными заимствованиями - обеспечить и техническую (технологическую) модернизацию, и достаточный (но не гедонистический) уровень потребления для большинства населения.

В основу экономической политики государства должна быть положена демографическая политика - как единственно возможная на сегодняшний день стратегия выживания нации.

Справедливое (в интересах всех жителей) использование колоссальных природных ресурсов страны - это второй столп новой экономической политики России. Обеспечение чьей-либо энергетической (или любой иной) безопасности, кроме как нашей собственной (и наших искренних союзников), не является обязанностью России.

Новая образовательная и научная политика, решительно отметающая все бессистемные, бессмысленные и дискредитировавшие себя и на самом Западе иностранные заимствования, должна быть разработана так же стремительно, как и новая экономическая политика.

Выход из спирали бездумного потребительства невозможен без решительного отказа от доминирования массовой культуры, уничтожающей высокое искусство. Следовательно, нужна и новая, начиная с языковой, культурная политика (отнюдь не отрицающая поисков нового - но прекрасного нового).

Отказ от догматики догоняющего развития (и стереотипа "вечно отсталой в сравнении с Западом России") позволит перейти к более серьезной метафизической революции - отказу от исчерпавших себя теории и догматики бесконечного прогресса. Это будет означать революционный по своей значимости для выживания России (и всего мира) переход к практике разумного консерватизма, в которой сбережение, имеющее цель, важнее развития, цели не имеющего или непредсказуемого.