О целях и программе исследования 'Россия-2050'

Одна из главных политических тем сегодняшней России - так называемая проблема 2008 года, то есть проблема того, как и кому через 33 месяца перейдет власть в стране.

Но есть проблема на порядки более значимая и масштабная, о которой у нас говорят и пишут крайне редко, если не сказать - почти никогда. А какой будет и будет ли вообще Россия через 20-30-50 лет?
В нашей политической среде практически отсутствуют стратегическое видение будущего и особенно инструментальное стратегическое мышление. Захваченные конъюнктурной политической борьбой, переделом и удержанием собственности, а потому и власти, наши элиты, конечно, о будущем думают. Но, во-первых, о ближайшем будущем. А во-вторых, в основном о своем. Правда, в узких кругах государственных чиновников высшего уровня разговоры о будущем России ведутся постоянно. Даже принимаются некоторые решения, связанные с желанием гарантировать это будущее. Например, к таким решениям безусловно относится сохранение и укрепление систем стратегического ракетно-ядерного оружия. Или - из более свежего - решение восстановить государственный и национальный контроль над большей частью энергоресурсов страны, в частности - нефтяных.

Но все это - очень банальные решения. И явно недостаточные. Скорее всего, упускающие многие, казалось бы, неуловимые, но, возможно, самые фундаментальные качества будущего, особенно опасностей, которые оно несет, и возможностей, которые оно потенциально, но не императивно открывает. А опыт в этом плане у нас только отрицательный.

Стремительный распад Советского Союза, помимо прочего, вынес приговор нашей способности к стратегическому прогнозированию и планированию. Надеюсь, не окончательный. Но выносить приговор еще и самим себе совсем глупо. Тем более, что за нас это с удовольствием сделают другие.

Скромные (пока) возможности нашего журнала не могут остановить нас в желании инициировать широкую общественную дискуссию о будущем России в контексте ее собственного развития и, естественно, в контексте развития всего мира. Более того, мы хотели бы дать некую дополнительную пищу для этой дискуссии - сверх того, что незримо рассеяно в воздухе и зримо время от времени все-таки появляется в нашей печати, как научной, так и общедоступной.

С этой целью (но имея в виду не только ее) 'Политический класс' и предпринимает попытку реализации большого, рассчитанного на три года, исследовательского проекта под названием 'Россия и мир в 2050 году: неизбежное, возможное, необходимое', или - сокращенно - 'Россия -2050'.

Это исследование-прогноз использует известный в социологии метод дельфийского оракула, т.е. обращения за поиском ответов на интересующие нас вопросы о будущем не к объективным данным с попыткой последующей их экстраполяции на ту или иную временную перспективу, а к экспертам, которым предоставляется возможность совершенно вольным образом предсказать то, что произойдет в той или иной сфере жизни в будущем.

Но предсказания, или прогнозы, экспертов - не самое главное, что нас интересует. В какой-то момент мы перейдем к вопросам о том, что нужно сделать, чтобы избежать реализации неприятных и не устраивающих нас (т.е. Россию) сценариев развития событий и, напротив, добиться воплощения в жизнь сценариев желаемых.

Возникает однако проблема определения этого желаемого, той модели общественного развития, которая, по мнению экспертов, необходима для сохранения и процветания России.

Субъективизм экспертных оценок и прогнозов преодолевается умножением их числа. Мы решили остановиться на цифре 50. Именно такое число экспертов будет привлекаться к каждому из наших опросов.

Поскольку большинство российских известных и авторитетных экспертов - люди зрелого, а порой и более чем зрелого возраста, мы решили задействовать в опросах референтную группу из 10 молодых экспертов - активно занимающихся политикой или политологией людей в возрасте до 30 лет. Причем, как уже закончивших высшие учебные заведения, так и студентов последних лет обучения.

Таким образом, всего экспертов у нас 60. Возможно, в дальнейшем мы изменим соотношение опытных и молодых в этой группе, но в первом опросе оно именно таково. Ответы и тех, и других экспертов представляются нами вместе, но мы выделяем цветом (черный шрифт - опытные эксперты, красный - молодые) ответы каждой из этих двух экспертных групп.

Первая наша анкета включала 50 основных вопросов, как открытых, так и закрытых. Но даже в закрытых вопросах мы предоставляли экспертам возможность дать свой оригинальный ответ на тот или иной вопрос или дополнительный комментарий к своему ответу. Эти комментарии, раскрывающие или объясняющие экспертные прогнозы, имеют порой даже большую ценность, чем краткие ответы на очень конкретно поставленные вопросы. Именно поэтому мы столь обильно цитируем отрывки из этих комментариев, как правило, давая полярные или особо оригинальные из них.

Наше исследование рассчитано на три года, и мы собираемся проводить по четыре опроса в год.

Опросы первого года исследования будут концентрироваться вокруг вопроса 'Что будет?', второго года - вокруг 'Что желаемо?', третьего года, естественно, вокруг главного вопроса - 'Что делать?'.

Первая анкета должна была помочь выяснить самые общие представления экспертов о состоянии мира и России к 2050 году. В этом номере журнала мы публикуем первую часть ответов на эту анкету, сгруппированных в три раздела: общее представление о будущем, мироустройство и международные отношения, политические процессы в будущем. В следующем номере будет опубликована вторая часть ответов, состоящая из двух разделов: собственно Россия в 2050 году и угрозы, перед лицом которых будут находиться мир (и Россия) к 2050 году.

Следующие анкеты будут, естественно, углублять темы, затронутые в первом опросе в самом общем виде. Постепенно мы будем все больше и больше концентрироваться на российской проблематике, однако собираемся коснуться и прогнозирования будущего по крайней мере главных субъектов мировой политики и жизни: США, Евросоюза, Китая, возможно - группы еще нескольких ключевых стран и иных субъектов международной активности.

В первой анкете мы поставили ряд вопросов (сразу, кстати, оттолкнувших ряд экспертов, сославшихся на свою некомпетентность в них), требующих очень конкретных и специальных знаний: каково будет население мира к 2050 году, будут ли осуществлены клонирование человека, заселение Луны, раздел Антарктиды и т.п.? С помощью этой серии вопросов мы хотели выяснить простую вещь: насколько наши эксперты (как правило, политологи и специалисты по международным отношениям) радикальны в своих представлениях о будущем мира? Мой личный вывод из анализа экспертных ответов на такие вопросы состоит в следующем: абсолютное большинство экспертов смотрят на процессы будущего в основном как на достаточно эволюционное развитие тенденций и проблем сегодняшнего дня. Что несколько диссонирует с их же ответами на некоторые вопросы, дающие возможность прогнозировать события в тех сферах, которые являются предметом их специального изучения (многие эксперты, например, ждут грандиозных политических потрясений типа революций). Этим своим наблюдением я пока и ограничусь, ибо подробный анализ всей совокупности экспертных прогнозов требует особого разговора и, естественно, не только моего.

Состав основной экспертной группы от опроса к опросу будет нами несколько изменяться. Как по причинам объективным - каждый раз опрашивать одних и тех же экспертов мы не сможем хотя бы в силу динамичности их перемещения по стране и планете. Так и по субъективным показаниям. К ответам на вопросы анкеты, подробно затрагивающей будущее, например, США, естественно подключить как можно больше американистов. Ну и так далее. Тем не менее некое стабильное ядро нашей экспертной группы мы постараемся сохранить в неизменности - дабы обеспечить содержательную преемственность опросов.

И последнее. В конечном итоге мы стремимся к тому, чтобы к моменту завершения исследования общими усилиями части нашего экспертного сообщества была создана некая стратегическая платформа действий для пяти следующих президентов России, тех, которые и обязаны привести нашу страну к 2050 году в здравии, процветании и величии. Том величии, которое является, на мой взгляд, неотъемлемой частью ее сущности как неизбежно самостоятельного субъекта глобальной цивилизации.