В нашей неуклонно надвигающейся стабильности отечественный телевизионный пейзаж постепенно меняется. Можно сказать, прослеживаются две основных тенденции - ТВ прагматическое и эмоциональное. К прагматической части я отношу здесь не только вещи сугубо материальные, типа миллионной зарплаты, которую, как утверждает Интернет, посулили Парфенову за возвращение на НТВ программы "Намедни". Скорее, это появившиеся на всех каналах всевозможные проекты-прописи для зрителей на тему "как готовить", "как здоровье", "что сажать" или "как жениться". Остались неохваченными только два формата "как убивать" и "как хоронить".

Эмоциональная линия представлена программами, делающими ставку на присущие каждому телезрителю естественные человеческие чувства, такие, например, как ностальгия по собственному прошлому или минувшим дням нашей бывшей страны. На этих принципах на разных каналах построены и "Ностальгия", и "Традиционный сбор", и "Хвост кометы", и "Сказки о любви", и наконец, "Однокашники".

Обычно к одной и той же программе не возвращаешься. Однако просто нельзя не заметить того, что буквально в одну майскую неделю программы, выходящие на подчиненных им каналах, посетили министр культуры Михаил Швыдкой ("Школа злословия" на "Культуре") и Евгений Киселев ("Однокашники" на ТВС). Как уже говорилось, "Однокашники" обречены на популярность, поскольку зрителю приятно поностальгировать по школьным годам и увидеться с людьми, без которых он, с одной стороны, благополучно обошелся во взрослой жизни, а с другой стороны, рад был бы повстречать, чтобы продемонстрировать собственную успешность. Евгений Киселев пришел в студию программы собственного канала именно так, в качестве успешного человека, и ведущий Егор Пирогов, который, по законам "Однокашников", всегда называет героев просто по имени, все время путался, зовя своего главного редактора то Женя, то Евгений Алексеевич.

Все остальные приглашенные служили публикой. Вообще эта программа по мере своего существования в эфире доказывает старый тезис о том, что детство было у всех довольно однотипным, во взрослой же жизни одноклассников мало что связывает, потому что у них потом случилось много другого, а зритель их воспоминания о школе воспринимает как чужую тусовку, скучноватую для непосвященных. Интересными были только те программы, где в виде исключения герои были собраны по профессиональному признаку и все состоялись - скажем, космонавты. Иначе получается вечер в честь свадебного генерала, одной "знаменитости", которой делают приятно. И уж совсем странно, когда приятно делают из подручных средств, например, собственному главному редактору на его канале.

В образе Большого человека предстал и Михаил Швыдкой в "Школе злословия". Вообще стилистику этой программы трудно уловить. Она аннонсирует себя как предназначенную сначала провоцировать персонажей, обгладывая их до косточек, а затем спокойно и жестко анализировать всю беседу. Но ее характерная черта - необязательность и размытость этого жанра - превратила программу то ли в злословие двух стерв, то ли в милое дамское чаепитие. Предугадать же, как поведут себя хозяйки салона с конкретным гостем, часто мешает недостаток внутренней, скрытой от публики информации. В любом случае, когда в гостях у ведущих интересный человек, зрителю хочется, чтобы он стал понятнее, для того программу и смотрят. Но вопросы героя не раскручивают, последующий анализ ведущих внутреннего спора с ним не разрешает. Тогда зачем злословили? Такой же вопрос вызывает и присутствие публики. Зачем она вообще находится в студии, не задавая гостю ни одного вопроса и вообще никак не оправдывая свое существование в кадре? Для декорации? Для массовости? Общем, вместо "Школы злословия" выходит такой светский треп, разбавленный иногда ехидством, иногда елеем. Именно так было в программах с Любовью Слиской, с Юрием Грымовым. И с Михаилом Швыдким, где обычно безупречно чувствующий аудиторию министр-шоумен не удержался от упоминания о своих фильмах, показанных по телевидению в те времена, когда он не был еще министром культуры. То есть понимает, что сейчас - за должность, а тогда - по-другому. Ехидные ведущие эту тему обсуждать не стали.

Вообще в последнее время невиданными темпами у наших телевизионных начальников и не только начальников растет уровень тщеславия. А также желание стать героем программы собственного канала или своей персональной. Убежденность же в том, что зрителю интересен любой факт твоей биографии, просто приобретает характер эпидемии атипичной пневмонии. Вслед за Дибровым, празднующим в эфире свой день рождения, 250-й выпуск собственной программы отметил на НТВ интеллектуал-Гордон, а юбилею тысячного выпуска "Ночного полета" Максимова в Театре имени Маяковского была посвящена телеверсия на "Культуре". Так что аналитическая программа Александра Герасимова "Личный вклад", похоже, поставленная в эфир НТВ просто потому, что он там начальник, из общего ряда не выбивается.

Отметились все. В общем, как писал сатирик, у нас "кто что охраняет, тот то и имеет". По этой логике, вскоре следует ждать появления Константина Эрнста на Первом в "Русском экстриме", Олега Добродеева на "России" - в "Агентстве одиноких сердец", а Сенкевича-сына на НТВ - в программе "Кома". Нагиеву же вообще необходимо передать канал ТНТ в личное пользование. Тогда -то и повеселимся.