Россия - одна из немногих европейских стран с многолетней традицией полного дубляжа иностранных фильмов. Говорят, эту привычку мы получили в послевоенные годы от немцев вместе с "трофейными" картинами - именно в Германии, в отличие от остальных европейских стран, зарубежные фильмы тоже не титруют. Однако тут Россия может претендовать на оригинальность - еще в тридцатые годы Марк Донской отдублировал у нас американского "Человека-невидимку".

Кино сегодня превращается, согласно утверждениям специалистов, в один из самых динамично развивающихся сегментов российского рынка. Да и на ТВ отечественные сериалы прочно заняли нишу бразильских мыльных опер в сетке кинопоказа любого канала.

Однако следует признать, что большинство фильмов, которые видит наш зритель, пока еще производится не в России, и следовательно, подлежит переводу. Качество же этого перевода и дубляж как метод его воплощения в жизнь не всегда может устроить аудиторию.

Прежде всего, часто именно дубляж просто убивает замысел создателей: например, в свежем, но уже показанном по ТВ, фильме "Именинница" с Николь Кидман, большая часть интриги заключается в том, что ее героиня говорит то по-русски, то по-английски. То же самое в получившем несколько лет назад "Оскара" и тоже побывавшем в эфире чешском фильме "Коля" о маленьком русском мальчике и его приемном отце-чехе. Обижены и поклонники сериалов о разнообразных "богатых, которые тоже плачут", вынужденные полностью переписанный звук голосов любимых Луисов Альберто и Марианн.

При нашем традиционном дубляже отечественный зритель не имеет возможности сравнивать голоса оригинальных актеров и голоса дублеров, не имеет возможности оценить качество перевода, и главное, лишен альтернативы, как у телевизора, так и в кинотеатре.

Те, кто готов смотреть фильмы, скажем, на английском, или хочет с помощью титров совершенствоваться в иностранном языке, пока что не могут обеспечить наполнение кинокасс. Например, единственный в Москве "Американский дом кино" в гостинице "Рэдиссон-Славянская" в настоящий момент вполне удовлетворяет потребности города в недублированных фильмах. И прокатчики уверены, что в случае приближения российского кино к обычаям европейцев наша публика, не желая напрягаться, немедленно покинет кинотеатры.

Закадровый же перевод, любимый фестивальной публикой, коммерческим прокатом вообще не рассматривается - он пришел на экраны из советских времен и пиратского видео начала перестройки и был, скорее, синдромом нищеты, чем заменой титрованию.

Будем реалистами и признаем, что более чем шестидесятилетняя традиция дубляжа в России в ближайшие годы вряд ли претерпит изменения, хотя делать дубляж намного дороже, чем закадровый перевод или титры.

Речь идет о том, что, поскольку дубляж поставлен на поток, стандарты переозвучивания медленно, но неуклонно снижаются. Так, количество занятых в дубляже актерских голосов по финансовым соображениям значительно сократилось, и если в прежние времена в переозвучивании участвовали артисты высокого ранга, то нынешние прокатчики не могут себе позволить пригласить большого актера - дорого. И на адаптацию перевода иностранных картин, пробы голосов актеров нужно тратить все больше времени и средств, или же в погоне за быстрой прибылью халтурить и терять зрителя.

Так что проблема не в том, дублировать фильмы или нет, а в том, чтобы делать дубляж профессионально, особенно в трудных для переозвучивания фильмов. Например, в "Восьмой миле" с Эминемом в главной роли, все построено на рэпе, адекватный дубляж которого на русский сделать невозможно, или в киномюзикле "Чикаго". А вот успех в России французского кинокомикса "Астерикс и Обеликс", наполненного каламбурами, как раз определило то, что на адаптацию картины к российской аудитории, то есть на перевод и дубляж, были потрачены два месяца вместо обычных двух недель.

В противном же случае кустарный перевод фильмов заставляет зрителей обращаться к пиратам. Да и пираты выходят на новый уровень развития и осваивают новые ниши.

Ярчайший пример такой пиратской удачи - популярный в Москве пиратский перевод фильма "Властелин колец", сделанный неким Гоблином", полностью адаптировавшим фильм ко вкусам и реалиям отечественной публики. Этот шедевр, надеюсь, никогда не увидят телезрители и киноманы, он существует только на компьютерных дисках, но его знают все. Сделан перевод фильма абсолютно в обход всех мыслимых и немыслимых авторских прав и вообще любых представлений о приличиях. Хотя никакого откровенного мата там нет, есть только уголовный жаргон, которого полно в наших криминальных сериалах на любом телеканале. Есть Мордор, превратившийся в Мордовию, есть лесоповал с пайкой за работу, орки, ставшие урками, и Фродо, ставший Федей, и радующийся, что "Гвендольф, в натуре, вернулся". Если говорить об адаптации к интересам аудитории, которая вся, включая депутатов Думы, как раз и разговаривает на этом жаргоне зон и лагерей, то попадание полное. Если говорить о книге Толкиена или о киноискусстве - дрожь берет.

Но ведь, как известно, у России особый путь - вот и отличились. А по части литературных ассоциаций, то, если вспомнить Толкиена, орки - это эльфы, отсеченные от остального мира и подвергнутые всяческим издевательствам. Вот и мы в России, отсеченные в 17-м году от остального мира и подвергнутые издевательствам, видим теперь мир таким образом: везде у нас урки и повсюду Мордовия... Так что смотреть трехчасового "Властелина колец" нашему человеку интереснее с понятными ему реалиями, с песнями "Тату", Людмилы Зыкиной и "Неуловимых мстителей", да еще группы "Раммштайн" - для полного проникновения в образ...

А вообще бороться с дубляжом бессмысленно - в ближайшие лет двадцать, пока не подрастет в России поколение, владеющее иностранными языками на европейском уровне, в широком прокате и по телевизору будут идти только дублированные зарубежные фильмы. Будем надеяться, что те, кто приобретает права на них, не будут на этой операции хотя бы откровенно экономить. А то как бы нам на просмотре последнего мирового киношедевра по телевизору, в кино или на компьютере не услышать: "Владимирский централ, этапом из Твери"...